Архив mp3
Архив mp3

меню

Анонс

воскресенье / 26 марта 19.45 - В программе "Время культуры" интервью с художником Александром Дашевским на тему «Картина после живописи»




Житие святого благоверного князя Глеба Владимирского

Благоверный князь Глеб, во святом крещении Георгий, сын благоверного князя Андрея Боголюбского (память 4/17 июля), родился во Владимире в 1155 году. Святой Глеб — живой пример тому, как много значит добрая жизнь родителей для судьбы детей.

Жизнь князя Андрея во Владимире была посвящена преимущественно делам бла­гочестия: строению храмов и монастырей, делам благотворительности и мо­литвам. И под влиянием примера и наставлений благочестивых родителей Глеб вырос глубоко верующим и с двенадцатилетнего возраста проводил уединен­ную духов­ную жизнь. Родители не препятствовали сыну и даже содействовали ему в духовном возрастании. Жизнь его посвящалась благочестию, а не греху; страх Божий распо­лагал мыслями, чувствами, желаниями к поступками его; молитва низводила на него благодать небесную, тушившую страсти юности. Святой князь особенно лю­бил чтение святых книг, почитал священнослужителей и был милостив ко всем; несмотря на юный возраст, он избрал для себя подвиг строгого поста и молитвен­ного бдения. Жизнь князя Глеба продолжалась недолго: чистый, непорочный князь блаженно почил 20 июня 1175 года в 19-летнем возрасте.

У мощей святого, которых не коснулось тление, неоднократно совершались чудеса. Во время монголо-татарского нашествия на Русскую землю в 1238 году, когда в осажденный Владимир ворвались воины хана Батыя, они подожгли ка­федральный собор Успения Пресвятой Богородицы. В этом пожаре сгорели епископ Митрофан, великая княгиня Агафия, супруга великого князя Георгия Все­во­ло­до­вича (+1238), и множество жителей Владимира, закрывшихся в со­борном храме. Однако огонь не коснулся гробницы благоверного князя Глеба, чему дивились даже непри­ятельские воины.

Соборные летописи сообщают еще о двух знамениях, прославивших имя святого. В 1410 году на Владимир неожиданно напало татарское войско, действо­вавшее совместно с отрядом нижегородского воеводы Карамышева. Успенский собор был разграблен, но сокровища ризницы успел спрятать ключарь Патри­кий, за что был подвергнут истязаниям и принял мученический венец. Один из воинов в поиске спрятанных сокровищ поднял крышку гробницы благовер­ного князя, но в это же мгновение из нее вышел огонь. Это так устрашило та­тар, что они тотчас покинули храм.

В 1608 году ляхи делали два, три раза нападения на Владимир, почти беззащитный, но взять не могли. Во время этой осады в самую полночь сторожа собора заметили в соборе какое-то освещение и дали знать о том пономарю Герасиму. Он, отворив дверь, увидел свет, а у гробницы князя кто-то сидел и ему, испуганному, сказал: «Не бойся, я не привидение. Господь не предаст сего города в руки врагов. Мы храним его и молим за него Господа и Пречистую Матерь Его. Иди и скажи протоиерею и причту, что сказал я тебе, я лежу в этом гробе». Герасим от страха едва пришел в себя. И рассказал о всем про­тоиерею и всем настоятелям обителей. В эту же ночь ляхи удалились от Вла­димира, гонимые страхом.

О местном почитании святого Глеба свидетельствует описание Успенского собора, относящееся к XVII веку. Общероссийская канонизация благоверного князя была совершена 30 ноября 1702 года, вместе с освидетельствованием его мощей, вскоре была составлена служба святому, а несколько позже написано его житие. В 1774 году южный придел Успенского собора был торжественно освящен во имя благоверного князя.

Мощи святого Глеба сохраняются ныне в кафедральном Успенском соборе Вла­ди­мира как великая святыня, а сам князь почитается покровителем города.

К изложенному житию святого князя Глеба не лишним прибавить описание случая из жизни архимандрита Антония.

В «Православном Обозрении» за 1879 год была помещена биография наместника Троицкой Сергиевой лавры архимандрита Антония, в коей между прочим было упомянуто, что отец наместник, живши еще в миру, сомневался в нет­лении святых мощей и был убежден в их истине мощами св. Глеба, по­чивающего во Владимир­ском соборе. Случай этот передаем словами самого отца наместника.

«...Тщетно старались они убедить меня и навести на путь веры и истины, с ко­торого я так страшно пошатнулся; враг так посетил мой рассудок, что все их доводы были без успеха — я оставался при своем предубеждении против святых мощей. И что же последовало со мною за это? Сердцем овладела злоба, досада на всех и на все; в духе — немирность, страшное томление, тоска, хуль­ные помыслы не только на одни мощи, но и на все святое. Я чувствовал, что враг овладел мною, что я погибаю; но и не мог и не умел выйти из этого ужасного положения. Так приехали мы во Влади­мир. Чтобы облегчить свою совесть, я пошел в собор перед чудотворным образом Владимирской Божией Матери излить свою душу. Прихожу, собор только что отперли перед начатием обедни. В соборе никого не было. Я прошел мимо мощей, не отдав им должного пок­лонения, прямо к образу Богоматери. Долго с усердием молился. Я сознавался в душе, что заблуждаюсь и грешу пред Богом, отвергая мощи его угодников; но рассудок мой не мог убедиться в истине, и вот я просил Матерь Божию, чтобы Она не дала мне погибнуть, вразумила бы меня и наставила на путь правый. С верою приложившись к образу, почувствовал себя как-то легче, оглянувшись, увидел священника, который только что вошел в собор для служения литургии. Я обратился к нему с просьбой показать мне достопримечательное в их соборе. “Главные достопримечательные драгоценности нашего собора, — отвечал священник, — это святые мощи благоверных князей наших: вот среди собора, между двух столпов, почивает князь Георгий, убитый в нашествие Батыя; а на левой стороне у иконостаса — князь Андрей, за свою любовь к Богу прозванный Боголюбским и тоже убитый, но не от иноплеменник, а от своих присных, а тут по правую сторону, напротив, почивает сын его князь Глеб, в юности мирно скончавшийся незадолго до убиения отца”.

Так рассказывал священник, указывая на гробницы угодников. Благородное об­хождение, доброе выражение лица священника расположили меня в его пользу, и я решился объясниться с ним откровенно. “Батюшка, — сказал я, — ради Бога, о чем я вас попрошу, исполните мою просьбу. Я не верю нетлению мощей, думая, что это обман, выдуманный для доходов. Чтобы уверить меня, ради Бога, ради спасения души моей, откройте мне которые-нибудь из мощей, чтобы я мог лично удостовериться в их нетлении. Я вам заплачу за это, что вам угодно. В соборе теперь нет никого; вам это легко сделать: только ради моего спасения выведите меня из этого заблуждения!” “Извольте!” — сказал свя­щенник. Он подвел меня к мощам св. князя Глеба, сделал перед ними три зем­ных поклона и с одушевлением начал мне говорить: “Вот мощи святого князя Глеба, скончавшегося в 1275 году. С тех пор до времени Петра Великого они лежали в земле, а от его царствования доселе лежат на вскрытии для благо­чес­тивейшего чествования, но посмотрите, ни время, ни земля, ни воздух не смели коснуться освященного тела”. При этих словах свя­щенник снял покров святых мощей, и мне открылись мощи, лежащие в княжеской одежде. Священ­ник благоговейно приподнял руку угодника, засучил на ней рукав, показал мне ее по локоть: она была в полном нетлении, все составы, самая кожа были целы, как у недавно умершего, только желтоватого цвета. “Не думайте, что это сделано”, — продолжал священник; он взял обе ручки, которые были сложены на груди, поднял их и разложил не как у мертвого, а как бы у спящего. Ужас напал на меня; мороз прошел по коже. “Верите ли вы теперь?” — спросил меня свя­щенник.

Вместо ответа, я упал в чувстве благоговения перед святыми мощами. Теперь я был вполне убежден; я истинно верил и пламенно благодарил угодника Божия, что он благоволил так уверить меня; я просил Бога, чтобы Он не на­ка­зал меня за мое прежнее неверие; на душе стало так легко, слезы ра­дости невольно текли из глаз моих. “Батюшка! Чем я могу заплатить вам за ваше благо­дея­ние?” — сказал я с чувством благодарности священнику. Я ему предложил было какую-то ассигна­цию, но он благородно отказался: “Нет, благодарю вас; я сделал это не за деньги; вы просили меня сделать это ради Бога и ради ва­шего спасения: вот ради чего я решился исполнить вашу просьбу. Спасение души ближнего для меня всего дороже”. Сказав это, он вежливо раскланялся и удалился в алтарь. С тех пор я свято верую в святость и нетление святых мо­щей, и это происшествие со мной послужило мне уроком, что надо беречься раз­говоров с еретиками и раскольниками» (Душеполез­ные чтения, 1879 г., январь).



Тропарь, глас 4

Днесь светло красуется славнейший град Владимир, имея в себе пребогатое сокровище — чудоточащия честныя мощи благоверного князя Глеба, имиже украшаяся и хваляся, вселенную всю созывает к веселию и велегласно вопиет: о Владыко Христе, даровавый таковую благодать угоднику Твоему, его молитвами помилуй нас.

Кондак, глас 8

Взбранному и крепкому в праведницех, православною мудростию сияющему великому чудотворцу, благодарственная восписуем ти, благоверный княже Глебе: яко имея дерзновение у Престола Христова, верою чтущие тя, град и люди сохраняй молитвами твоими: ты бо еси земли Российския похвала и утверждение.