Время культуры
Время культуры

меню

Фотограф Александр Тягны-Рядно

3428

Сегодня мы приготовили для вас встречу с известным фотографом, путешественником и большим мастером #Александром Тягны-Рядно. В этом году вышла трехтомная монография его лучших работ под названием «Фотография – образ жизни – фотография». Выпуск издания приурочен к 60-летнему юбилею автора.

Александр Тягны-Рядно родился в Москве в 1956 году. О своей жизни буквально в нескольких предложениях он рассказал в анонсе юбилейного издания. «Сначала была Тишина. Улица – Матросская Тишина, а точнее, роддом на этой улице, где ровно 60 лет назад всё и началось. Потом были несколько школ, пара университетов, сотни редакций и городов, десятки стран и выставок, «Смена 8м» и «Зенит», «Олимпусы» и «Лейки», «Никоны» и «Кэноны».

Была Жизнь, Любовь и #Фотография. И теперь будет Книга».

Работа над книгой началась примерно полгода назад, хотя сам автор шутит, что готовил эту монографию 60 лет и полгода. Изначально он выбрал больше трех тысяч снимков, но в итоге осталось только 600. Разделенные на три тома по 160 страниц, эти кадры раскрывают разные грани творчества мастера. В первой части – жанровая фотография, во второй – портреты, в третьей – цветная фотография. 29 серий, каждая из которых либо успела предстать в виде выставки, либо готовится к этому в скором времени.

Во всех #интервью Александр Тягны-Рядно обычно повторяет одну ключевую фразу: «Я всегда снимаю свою фотографию». Мы посвятили наш разговор с Александром тому, как мастер пришел к пониманию своей фотографии, кто ему на этом пути помогал и что он теперь передает следующим поколениям фотографов.


Александр Тягны-Рядно: В моей книге, вот, я специально вставил одну фотографию, которую я снял еще Сменой, когда я еще даже не думал заниматься фотографией, так, снимал что-то на память, свою девушку снимал. Как мне показалось, она совершенно нормально ложится в ряд других портретов, которые я рядом поставил, которые снимал год назад. Собственно, и Картье-Брессон когда-то тоже самое говорил, что вот первые фотографии, которые он снял через месяц, после того как он купил свою Лейку, в общем, ставит в один ряд с последними работами. Это как музыкальный слух. Есть он сразу или нет. И ты сразу чувствуешь – вот, это да, фотография. И также и фальшивую ноту ты чувствуешь сразу. В детстве ты уже понимаешь, что человек фальшивит, а этот нет. В общем, на уровне чувств есть. Дальше ты уже, просто, развиваешь, расширяешь темы, границы каких-то изобразительных средств. Но вот это само чувство фотографии, я думаю, что должно рождаться с самого начала.


RadioBlago: Александра Тягны-Рядно можно отнести к самому молодому поколению советских классиков и одновременно к самым опытным и авторитетным авторам современной российской фотографии. Он начал снимать в ранние 80-е годы, ещё будучи студентом Московского авиационного института. Первая выставка пришлась на перестроечный 1988-й год. Но, как отмечают критики, Тягны-Рядно умело балансировал между бравурным оптимизмом советского союза и депрессивным тоном перестроечной «чернухи». Занимаясь фотографией, он не касался ни одной из этих крайностей, а шел своей дорогой.

С детства любил #кино и в юности пересмотрел все редкие фильмы. Вспоминает, как, бывало, приходилось прорываться в разные дома культуры, чтобы попасть на один единственный показ картин Тарковского. В студенческие годы интерес к кинематографу не угас, но появилось и новое увлечение – путешествия.


Александр Тягны-Рядно: Поступил я в Московский авиационный институт. И вся эта жизнь продолжалась, вот, это кино, беготня по уникальным фильмам каким-то. Плюс еще такая приключенческая жизнь – горы, байдарки, яхты, сборы на скалах в Крыму, сборы на Кавказе летом. Была очень насыщенная жизнь. И потом закончил МАИ, распределился в «почтовый ящик», и сразу как будто бы жизнь остановилась. В восемь утра, до шести работаешь, домой. И это каждый день, с работы на работу. Там целыми днями сидеть и какие-то чертежи, что-то такое. В этом тоже можно было найти интерес, но, тем не менее, что-то мне показалось, что все это не мое. Как будто летел на каком-то скоростном поезде, соскочил на полустанке, встал и не знаешь, что делать. В общем, я отсидел эти три года там как положено, занимаясь общественной работой, чтобы как-то уйти от всего этого. И, в общем, понял, что надо что-то делать, менять профессию, потому что не инженер я, скучно мне так сидеть. Мне нужно адреналин, путешествия, что-то такое, чтобы это меня кормило дальше.


RadioBlago: Тогда Александр решил вспомнить свое старую любовь к кино и поступать во ВГИК. Факультет выбирал методом от противного. Режиссерский и сценарный отмел сразу, потому что с литературой у него со школы не задалось. Оставались только актерский и операторский. Но и здесь оказалось все не так просто.


Александр Тягны-Рядно: Актерский тоже пришлось исключить, потому что я был очень зажатый, стеснительный. Остался операторский. Я увидел, что для того, чтобы подавать документы, нужно было сдать 20 творческий фотографий. Первое самое – это творческий конкурс вместе с заявлением. И я бросился заниматься фотографией. Раз надо 20 снимков, значит, надо их сделать. И вот, я нашел какие-то свои старые негативы, в том числе вот эту девушку, которая вошла в альбом, еще чего-то. И понял, что 20 нет. Думаю, значит, надо заниматься фотографией.


RadioBlago: Вот так необходимость собрать портфолио привела нашего героя в фотоклуб «Правда», а затем и на фотокурсы при Союзе журналистов. Занятия там вела классик фотографии Лидия Павловна Дыко, она же преподавала композицию во ВГИКе. По ее книгам до сих пор учатся фотографы и операторы.


Александр Тягны-Рядно: Курсы заключались в том, что она давала задание. Мы эти задания делали. И она отбирала потом какие-то. И лучшие она откладывала в течение двух лет. Набирала некий массив для отчетной выставки. Когда мы делали эту отчетную выставку, мы все сами делали: стекла вставляли и что-то такое. Пришли преподаватели, тоже вместе с нами. И мы стояли вместе с одним из моих учителей – Виктор Резников, был такой фотограф из журнала «Советский союз», он еще преподавал в университете, и у него было американское дизайнерское образование, что одно из таких интересных вещей. Он давал дизайнерский подход, который как бы поворачивал мозги, что мне в нем и нравилось. Мы с ним смотрим... он меня не знает, естественно, а я-то его знаю. Он там одну фотографию поднимает – «Ой, а что это здесь за фамилия такая»? И опять эта фамилия. А он прочитать ее не может. «Тягны-Рядно». Говорю: «Ну да, вот это я». Он полистал, а там было, действительно, очень много моих фотографий отобрано после этих заданий для выставки. Ну, такая значительная часть выставки была моей. И он говорит: «А что ты тогда? Ты же фотограф уже. Давай! Я сейчас набираю в университете курс». И я пошел на журфак вместо того, чтобы поступать во ВГИК, он меня как-то соблазнил заняться именно фотографией. И я не особо как-то сопротивлялся. Вот так втянулся, мне нравилась фотография. Опять была проблема – для того, чтобы поступить в университет на журфак, нужно было пять публикаций иметь. У меня не было ни одной, естественно. Через месяц надо было подавать документы. И я с кипой фотографий побежал по редакциям: Московский комсомолец, Гудок, Водный транспорт. Что-то еще я оббегал. Короче говоря, через месяц я сделал пять маленьких каких-то публикаций своих. Вот так подумал, где что можно наопубликовать, я что-то наопубликовывал. И поступил в университет, закончил его. Когда заканчивал журфак, я уже начал работать в газете.


RadioBlago: Как рассказывает Александр, в Московском госуниверситете с ним произошел качественный скачок – к концу учебы он заработал блестящие оценки по всем предметам, связанным с литературой и русским языком. Параллельно Тягны-Рядно начал работать в газете «НТР» (научно-техническая революция). Издание было создано в обществе «Знание» одновременно с «Аргументами и фактами». Но в отличие от своего соседа по издательству после Перестройки закрылось. И нашего героя пригласили на должность главного художника в журнале «Журналист».


Александр Тягны-Рядно: Как-то у меня карьера в журналистике получилась почти перевернутая. Под конец НТР меня приглашали остаться там ответственным секретарем, потому что я учился в университете и одновременно газетное дело, верстка, вот это все делал на практике. Мне это было интересно, и я тянул одеяло на себя. Делал верстку, редактировал тексты уже, корректуру читал – я все делал в этой газете. Там не так много народу было, и постоянно там надо было что-то за кого-то сделать. Мне это было интересно. Я изучал это в университете и сразу на практике верстал. У нас еще тогда были цинковые линотипы, мы эти буковки набирали в цинке, выкладывалось это все. Ковырялись, запятые сковыривали шилом. Цинковые эти матрицы фотографические. Такая самая первая технология. Поэтому вся революция газетного и журнального дела прямо у меня на руках прошла, потому что я сначала занимался самой допотопной журналистикой, с линотипами. И потом меня пригласил журнал «Журналист». Пригласил сразу исполняющим обязанности главного художника. Вот я и говорю, что у меня такая обратная карьера получилась. Исполняющим обязанности главного художника я года полтора или два проработал, и плюс я еще возглавлял отдел фотожурналистики в этом же журнале.


RadioBlago: В своей новой роли Александр Тягны-Рядно сумел произвести некоторые изменения в политике издания. При нем впервые на обложке журнала начали появляться портреты фотокорреспондентов, а не только журналистов и заведующих отделами. Но при такой занятости, времени на творчество совсем не оставалось. И с вершины карьерной лестницы он решил спуститься вниз, чтобы вновь стать простым фотографом.


Александр Тягны-Рядно: Потом мне надоело, что я снимал не жизнь, а тех, кто снимает жизнь. То есть эта немножко вторичность этого занятия журналистикой стала меня немножко тяготить. Я стал заниматься своими проектами. Первый проект сделал еще в научной газете – проект портретов ученых, академиков, это такая, не состоявшаяся выставка. А вот в «Журналисте» я от скуки начал просто ходить по бульварам и стал снимать такую уличную фотографию, street, которая стала сейчас модной. Но на самом деле, ее всегда снимали. И я делал такой проект о московских бульварах «Я бульварным кольцом с Москвой обручен». Придумал вот такое название, немножко переделав классика.


RadioBlago: Любовь к родной Москве Александр Тягны-Рядно несет с собой через всю жизнь и творчество. Пару лет назад в личном блоге в сети Интернет он опубликовал новые фотографии столицы в цвете. Озаглавил их так «Каждый живёт в той Москве, которую он видит, я хочу жить и живу в такой!».


Александр Тягны-Рядно: Мне нравится Москва! Я ее люблю, люблю именно в нее возвращаться. Не то, что жить все время, а мне нравится ездить и возвращаться домой, в Москву. Она становится красивее, и красивее. Я с удовольствием гуляю по ней всегда. С фотоаппаратом всегда. Я всегда таскаю с собой если не большой, то мыльницу таскал всегда. Сейчас стали довольно хорошие фотоаппараты небольшие. Я как-то всегда жил в центре, в разных местах, вокруг Садового кольца. Бульварное кольцо, наверное, самое любимое, Патриаршие пруды. Вот я помню, когда еще даже не занимался фотографией, просто очень любил ночью (жил на Белорусской) пешком дойти до Патриарших, погулять ночью и обратно идти. Когда в молодости бывает бессонница...


RadioBlago: После «Журналиста» Александр Тягны-Рядно работал в газете «Советская культура», потом в одном из воскресных приложений газеты «Известия», а после и вовсе отправился в свободное плавание. К тому времени у нашего собеседника уже с громадным успехом прошла первая выставка за границей – в Барселоне. После возвращения в Москву ему было сложно войти в прежний репортерский ритм, и Александр вновь вспомнил о кино.


Александр Тягны-Рядно: Да, я на другом этапе вернулся к общению в кино, с людьми кино. Я, в основном, старался снимать именно в этой области. Очень много как раз портретов с того времени. Ездил по фестивалям, по разным, и там снимал, и на съемочной площадке, и везде. Какие-то интервью делал. В общем, много тогда наснимал людей интересных. И мне это очень нравилось, что я на каком-то другом этапе вернулся в кино. А потом, в какой-то момент я еще глубже ушел в кино. Когда такая была Перестройка, это начиналось. А потом я еще какое-то время поработал в «Известиях», и один из моих друзей, Борис Галкин… Тогда было много, актеры старались кино сами снимать. Он тоже хороший актер и вот занялся режиссурой. Пригласил меня: «Поедем кино снимать»! «Ну, я же работаю! Ладно, посмотрим». Взял командировку от Известий, поехал к нему туда. А он снимал в Пицунде, апрель, май, эти вот месяцы. И я на 10 дней приехал, говорю: «А, Борь, я остаюсь у тебя»! И ушел в кино. Приехал в Москву, написал заявление и ушел из газеты в никуда. Кино, это все-таки временное такое было.

Честно говоря, мне общение киношное нравилось, но я не пожалел, что я не пошел. Пошел не в кино, а в журналистику, мне все-таки журналистика казалась более интересная, более живая, чем кино.

В кино, тем более, если ты даже оператор, а не говоря уже о том, что ты фотограф в кино, это вообще пятое колесо в колеснице. Только мешаешься там на площадке. Но я еще был в друзьях с главным режиссером, так что я был членом художественного совета, то есть творчество какое-то... а вот если просто прийти поснимать на площадке, это вообще почти бессмысленное дело.


RadioBlago: На снимках Александра Тягны-Рядно запечатлены лица ушедшей эпохи: Николай Озеров, Маргарита Терехова, Александр Кайдановский, Виталий Соломин, Олег Янковский, Фанни Ардан, Пьер Ришар, Роберт де Ниро и многие другие отечественные и зарубежные кинозвезды.


Александр Тягны-Рядно: Я даже и снимался там, в кадр попал и за кадром. Там в кино всегда бывает так, что где-то надо чего-то снять, какой-нибудь эпизодик, что-то такое. Так что у меня в кино, можно сказать, была даже такая актерская карьера. Очень успешная! (как я говорю) Первый раз я снимался с Валерием Приемыховым, мы в кадре сидели и травили украинские анекдоты, разбавляли, пили самогон. Но просто в кадре с самим Валерием Приемыховым! А второй раз, когда я снимался, я целовал ручку Маргарите Тереховой. На этом я свою актерскую карьеру считаю завершенной. Все, что мог, я сделал в кино, как актер. Но, тем не менее, я продолжаю любовь с кино. Вот сейчас собрал в книгу огромную главу про кино. И буквально к этому московскому кинофестивалю, мы договорились, сделаю большую выставку ретро, свою выставку «Жизнь моя кинематограф». Это войдет в культурную программу Московского кинофестиваля. В доме кино мы будем это делать. Буквально на днях договорились об этом.


RadioBlago: После кино Александр Тягны-Рядно отправился в путешествия, в прямом смысле этого слова. Освоил новое для себя направление, которое теперь называется travel-фотография.


Александр Тягны-Рядно: Постепенно начали появляться эти журналы туристические. «Вояж» первый появился, потом пришли на рынок наши «Geo», и «Вокруг света» возродился в новом формате каком-то. Вот, я с ними со всеми работал. Даже сделал один свой журнал, выпустил два номера. Он загнулся благополучно, но, тем не менее, был такой журнал «Попутчик», который сам придумал, нашел спонсора, турагентство, которое заинтересовалось. Мы сделали пару журналов, но, к сожалению, дальше не пошло. Но такой опыт был. А так работал для этих журналов, довольно много ездил по разным странам. Дело в том, что путешествия – это такой наркотик что ли. Ты просто на него подседаешь. Если не едешь куда-то – уже вот прямо... Вот мы из Лондона приехали, месяц сижу в Москве и уже думаю, куда бы еще...!


RadioBlago: На сегодняшний день за плечами Александра Тягны-Рядно сотрудничество с самыми главными и популярными журналами в нашей стране и не только, участие в зарубежных выставках и салонах, издание около двух десятков авторских фото-книг. Работы мастера хранятся в музеях и частных коллекциях Америки, Великобритании, Германии, Болгарии, Испании, Италии, Латвии, Польши, Франции и, конечно, России.


Александр Тягны-Рядно: Вот сейчас как бы начала умирать вся наша журналистика. Журналы один за другим закрываются, бюджеты урезаются, и, скажем, «Вокруг света» благополучно издается, но он практически закрыл финансирование поездок, и всего. То есть покупает где-то какие-то снимки… и я стал придумывать свои другие путешествия. Я еще много работаю с пиаром, таким разным. В общем, вот тут много еще работы остается. И плюс еще я начал преподавать и тоже преподавать трэвел-фотографию. То, что я сам для себя и придумал. И выездные мастер-классы. Я набираю группу, еду. Я считаю, что это очень хорошо. Снимать-то можно, где угодно. Я могу и дома сейчас снять несколько кадров каких-то красивых, интересных, просто не выходя никуда. Но когда ты выезжаешь, ты получаешь вот этот дополнительный драйв от путешествия, новизны места, и КПД обучения очень сильно возрастает. То есть одно дело мне выйти на улицу сейчас в Москве, я пойду и сниму несколько кадров. А если я выйду в данный момент в каком-то диком месте в Камбодже или Мексике, то я просто за то же короткое время наснимаю не один-два-пять, а 50-100 кадров. И вообще, интересно снимать в таких местах. Но для обучения важно же набрать материал большой, критическую массу, из которого можно выбирать и с которым можно работать. Поэтому эту критическую массу любой фотограф набирает гораздо быстрее, и сразу, начиная всю эту массу обрабатывать, ты уже понимаешь, что к чему. Поэтому обучение такое, на выезде, гораздо более эффективно, чем просто какие-то лекции или выходы, за окном или в студии.


RadioBlago: Сферы творческих интересов нашего героя простираются далеко за пределы журналистики и сугубо фотографии. На нынешнем этапе Александр Тягны-Рядно также куратор выставок, организатор благотворительных проектов, блогер, автор и составитель фотокниг, а теперь еще и преподаватель.


Александр Тягны-Рядно: Я считаю, что учить должен фотограф, который сам хорошо снимает. Потому что тогда это некое, ведь, сотворчество. Мы идем вместе, и мы вместе как бы в одном энергетическом поле находимся, и я где-то там подтолкну, покажу, посмотри вот туда, вот сюда. Главное, что эта энергия фотографии, энергия творчества катализируется определенным образом, и ученики, попадающие в этот поток, мы вместе в нем!.. Это, может быть, немножко абстрактно, но я на чувствах понимаю, как это получается. Что вот люди, втягиваясь в этот творческий поток, сами начинают куда-то уже двигаться в своем направлении. Я как раз не стараюсь и не говорю: «Вот, сними то, что я снимаю». Я поощряю то, что они сами находят: «А вот смотри, а я вот так. О! Вот это здорово! Вот это молодец! То есть не делать таких маленьких Тягны-Ряднов много, а надо толкнуть в этот поток творческий, и чтобы человек туда дальше сам плыл.


RadioBlago: Как рассказал Александр, на людей и учителей ему всегда везло. С теми из них, кто еще жив, он поддерживает теплые отношения, других вспоминает и цитирует уже в собственных лекциях.


Александр Тягны-Рядно: Это очень важно: иметь какие-то ориентиры в фотографии с самого начала и конкретных учителей, то есть, начиная с моего первого учителя Юрия Андреева, к которому я пришел в фотоклуб «Правда», который руководителем этого фотоклуба был. Он мне первые самые простые вещи объяснил. До сих пор я его словами иногда пользуюсь, когда преподаю и что-то такое рассказываю. Иногда даже вспоминаю его конкретные вещи и стараюсь тоже передать кому-то. И потом мне как-то очень здорово везло с учителями. Скажем, та же Лидия Павловна Дыко, которая преподавала композицию. Это вообще классик, которая написала всю российскую композицию, это ее книги. Их можно посмотреть везде. И у меня есть ее книга, которую она мне подписала после окончания. Что-то там «моему лучшему ученику», что-то такое. Для меня, конечно, это очень приятно. Дальше у меня по жизни было довольно много интересных... скажем, в университете преподавал #Володя Вяткин, который там только начинал преподавать, и мы пришли к нему. У нас разница-то меньше 10 лет, но, тем не менее, я у него был. Был замечательный учитель Николай Данилович Еремченко. Он был редактором Правды и потом в Фотохронике ТАСС. Один из лучших фоторедакторов, который в фоторедактуре очень многому научил. И в свое время он меня притащил в «Советскую культуру». Когда он там был редактором, ушел в Правду, а меня туда притащил. Виктор Резников, который очень много дал дизайнерского подхода к фотографии. Тоже до сих пор как-то его вспоминаю. Сейчас делал книгу вместе с дизайнером. И я свой дизайнерский опыт попытался вложить и в книги, и в альбомы, и в буклеты. И в какие-то выставочные проекты… я стараюсь этот подход как-то улавливать. Но вот, буквально два дня назад был у своего, можно сказать, крестного отца в фотографии – Юрия Михайловича Кривоносова. Он был редактором фотожурналистики в журнале «Советское фото». Вот, первый мой большой материал в журнале «Советское фото» именно он сделал тогда. И я, когда делал этот альбом, попросил его написать о фотографах. Через него прошло такое количество фотографов, что кому, как ни ему, было писать. И он написал вступление. Я два дня назад ездил к нему в гости, отвез ему авторский экземпляр книги. Он, к сожалению… лет очень много ему. Он ослеп совершенно. Но, тем не менее, мы вспоминали что-то, часа два сидели с ним чай пили! Очень интересно.


RadioBlago: Цветная фотография появилась в жизни Тягны-Рядно 7 лет назад. Прежде, когда он снимал в поездках для глянцевых журналов, всегда брал с собой два фотоаппарата. В одном – черно-белая пленка для творчества, в другом – цветная для задания редакции. Но однажды все изменилось.


Александр Тягны-Рядно: Понял, что то, что я снимал цвет до этого, это все не цвет, это такая черно-белая, только снятая на цветную пленку, скажем так. Я для себя это так определил. Потому что чтобы найти свою фотографию, свой цвет, именно цвет, надо найти что-то другое. Я чувствовал это интуитивно, что нельзя так снимать цвет как цвет. И я поехал в Лондон тогда и специально не взял с собой черно-белую камеру, начал искать, на чем, на других каких-то принципах, построить цветную фотографию свою. То есть к тому моменту уже очень мощно разрабатывали эти цветные направления Сан Саныч Слюсарев, с его глобальной мощью, он такую породу фотографическую разрабатывал, в огромных количествах, выискивая какие-то зерна. Гарик Пинхасов, который тоже в этом направлении очень много цветной фотографией занимался. Я вот это как-то хотел преломить для себя, чтобы найти что-то свое, не подражая кому-то из них, а как бы что-то связать. Чтобы это был не резкий переход. Я сейчас буду совсем по-другому. Нет, я хотел, все-таки, оттолкнувшись от своего черно-белого прошлого найти какую-то свою… И я ушел в пластическую цветную фотографию, стараясь все-таки найти какую-то свою человечинку, которая у меня тянулась еще из черно-белой фотографии.


RadioBlago: Размышляя о том, куда движется фотография сегодня, Александр Тягны-Рядно прогнозирует два направления – арт и пиар. По мнению мастера, из журналистики настоящие качественные снимки будут постепенно уходить, как когда-то с полос газет пропали рисунки художников.


Александр Тягны-Рядно: Конечно же, этот бум вседозволенности в фотографии, вседоступности, он есть. И хорошо. Но нет такого, чтобы там стало больше фотографов хороших, нет. Такое же количество их, как было, так и есть. Кто-то до этого уровня поднимается, кто-то снимает для себя всю жизнь и нормально живет, и хорошо, и слава Богу. Но другой вопрос сейчас, скажем так, центр тяжести фотографии немножко смещается. Если основной центр тяжести всегда был на журналистике, да? То есть из журналистики фотография смещается, потому что в журналистике она все менее и менее востребована становится. То есть она немножко меняется. Я имею даже ввиду, скорее, фотографий там много, она есть, но становится не профессиональной больше. Ее снимают не профессионалы. Сейчас большие агентства, чуть ли не до 50 процентов закупают фотографию у простых людей, оказавшихся на месте, снявших телефоном, который есть у всех сейчас, и все это проще. И скажем, любой пишущий журналист имеет с собой телефон. Приходит, берет интервью, снимает портрет. И в общем, если раньше просили, чтобы фотограф потом приехал, там помучил еще, кроме журналиста. То теперь уже это не нужно, здесь просто сейчас телефоном. И вот эта марочка, которая в интернете идет, ее вполне достаточно, не важно, как она снята. Почти. То есть, во-первых, очень много стало непрофессиональных, в смысле профессий, фотографий использоваться. А во-вторых, очень сильно упало требование к качеству. Сейчас уже не так важно – так снял, не так снял. Какая разница? Главное, кто вот это? Иванов, а это Петров, ну все, нормально. Вот на этом уровне еще очень многие издания работают. Не говоря о том, что очень многие издания умирают. Все уходит в интернет. В интернете этот маленький размер не требует особых навыков. И соответственно, качество падает. И из-за совокупности всех этих причин центр тяжести фотографии уходит из журналистики в сторону арт-фотографии. Это одно из направлений, которое никогда не умрет, останется, всегда будет, будет расширяться. Может быть. И плюс еще есть такое определенное направление, это пиар-фотография. Вся журналистика переходит своей большой частью, и пишущая тоже, именно в пиар. То есть пропаганда и пиар. Пропаганда — это тот же пиар, только политический, можно объединить одним словом.


RadioBlago: В те времена, когда Александр Тягны-Рядно только начинал фотографировать, каждый кадр пленки был на вес золота, и корреспонденты не спешили щелкать затвором фотоаппарата. Быть может, поэтому некоторые снимки оказывались настолько уникальными, что нередко опережали свое время.


Александр Тягны-Рядно: «Проспект Ленина» у меня есть такая фотография, которая положила начало целому циклу «Ленин с нами?». Я ездил еще в научной газете в командировку в Якутск, в Якутский научный центр, снимал там какие-то научные лаборатории, астрофизика, мерзлота и прочее, прочее, прочее. И естественно, просто гулял по городу и тоже снимал что-то такое. Вот нашел этот кадр. В те времена было понятно, что это нигде никогда не будет напечатано. Потому что это кадр, против всего. Но я не мог пройти, понимал, что пластически это интересно. Это история, это жизнь. И все в нем есть. И снял. Лежал, лежал у меня. А потом вот Перестройка, все пошло, все можно печатать. И этот кадр был напечатан самым большим размером, какой только можно напечатать в газете. Такой рекорд был у меня поставлен. Вышла новая газета, «Россия» называлась, формата Известий, большого формата. И вот, на первой полосе было написано «Россия» и один кадр мой. Все. Больше там... Такого же размера, правда, были потом постеры с «Собеседнике» разворотные. То есть фотография, про которую я понимал, что вообще никуда не пойдет, часто бывает так, снимаешь, а оказывается она самая-самая интересная, самая востребованная. Потом ее очень много раз печатали. И с этого, да, я начал снимать такую серию «Ленин с нами?». Памятники Ленина, всякие приметы, музеи Ленина, улицы Ленина по всей стране. И продолжаю до сих пор, я сейчас занимаюсь уже больше трэвел-фотографией, теперь я снимаю Ленина тоже по России, если где-то еду и где-то есть, по привычке снимаю. Уже за границей, совершенно шикарного Ленина нашел на Кубе. Там причем их несколько. Там какие-то более или менее традиционные. Один совершенно уникальный, черный Ленин, из черного гранита сделан и с белыми людьми, тянущимися к нему руками, фантастический! Где-то в Швейцарии, еще где-то, в каких-то местах. В Нью-Йорке нашел Ленина на крыше стоящего, на небоскребе. Какой-то миллионер купил Ленина, поставил на крыше небоскреба. То есть уже смешные, но продолжаю эту тему.


RadioBlago: «Наблюдательность, умение подмечать детали, отсутствие безысходности, стремление к гармонии и балансу негативного и позитивного», – такие качества фотографа Александра Тягны-Рядно называет фотографический критик Виктория Мусвик.

Те же свойства мастера раскрываются и в его портретах. Он признается, что предпочитает не вступать в контакт со своим героем, а по возможности, оставаться незамеченным. И даже если работает в студии, снимает лишь тогда, когда человек забывает о присутствии фотографа.


Александр Тягны-Рядно: Конечно, хочется показать как-то оригинально человека. Не просто на паспорт снять, а что-то интересное, с одной стороны, А с другой стороны, хочется, чтобы был человек все-таки, его характер, его черты узнавались. Я сейчас просто взял свою книжку, том, который посвящен портретам черно-белым. И в каждом томе есть своя цитата кого-то из великих. К портретам я нашел цитату Федора Достоевского, которая мне тоже очень нравится. «В редкие только мгновения человеческое лицо выражает главную черту свою, свою самую характерную мысль». Нашел ее совсем недавно, а, на самом деле, она во мне всегда была. Потому что я именно так и хотел снимать. И в этом смысле, у меня, например, был опыт работы с глянцевыми журналами, я работал для журналов Elle, Premier, для этого холдинга. И там я как раз снимал портреты. Но там… Вот я до сих пор запомнил фразу фоторедактора, к которому я приносил свои портреты, он говорил: «Не надо гуманизма». В том смысле, что им человек не нужен. Вот есть понятие «модель», да? Мы понимаем, что модель – это девушка какая-то красивая, но на самом деле, для глянцевых журналов важна именно модель. Не человек. А модель человека. То есть модель человека в таком техническом смысле. То есть модель – это должна быть голова, руки, ноги. На ногах должны быть ботинки, например, от Саламандра, костюм от Бриони и шляпа от Шанель. Вот это модель человека. То есть им не нужен человек сам, им нужна обертка какая-то. Как оно красиво, вот такой натюрморт с человеком. Правда, сейчас что-то меняется немножко в этом смысле. А тогда конкретно – не нужно нам человека и все. А мне нужен был человек.


RadioBlago: Трехтомная монография или собрание сочинений, как назвал ее сам автор, вышла в начале этого года в издательстве «Русс Пресс Фото». Как рассказал издатель книги Василий Прудников, качество черно-белой печати не уступает лучшим европейским образцам. До недавнего времени в нашей стране это было невозможно осуществить. Но к 60-летию мастера все сошлось воедино – и желание закрепить промежуточный результат многолетней творческой жизни, и команда единомышленников, и новые технологии.

Самая ранняя фотография в книге была сделана в 1979-м, самая новая – в прошлом году. И действительно, сложно разобрать, где какая съемка. Черно-белые и цветные снимки словно замерли на страницах вне времени. В поисках решающего мгновения Александр Тягны-Рядно поймал мимолетность жизни и нашел свою фотографию.


Александр Тягны-Рядно: Первый том посвящен жанровой фотографии, и, естественно, здесь цитата из Брессона. «Фотография – это искусство в долю секунды проникнуть в суть явления или события, и одновременно отразить его в единственно возможной художественной форме, зрительно, ярко и убедительно». Это из той самой книги «Решающее мгновение», которая основополагающая книга для всех фотографов и репортеров всех времен. И, собственно, на чем построена черно-белая фотография, это на «Решающем мгновении». От чего я стал отказываться, когда перешел к цветной фотографии. И в цвете эта теория не работает. Ее не хватает, скажем так. Нужно что-то еще, чтобы построить цветную фотографию. Вот это такое… как это у поэтов – «из тех материй, из которых хлопья шьют». Это почти не переводится на вербальный язык, это только смотреть надо. Вот в цветном томе у меня предваряет его Чарли Чаплин. «Красота – это главное в жизни. Если вы ее нашли, вы нашли все» Чарли Чаплин. Вот эти все три тома у меня под своими идеями, под своими эпиграфами.


RadioBlago: Буквально на прошлой неделе у Александра Тягны-Рядно открылась новая персональная #выставка в Москве – уже 51-я по счету. Фотопроект «Колорофория» показан в пространстве бутика «Сан лаб». Непростое слово придумал сам автор. Можно перевести как «несущая цвет». Это исследование цвета от минимализма до китча, все возможные вариации. Познакомится с работами нашего сегодняшнего гостя можно в сети Интернет в его личном блоге, на регулярных фотовыставках в столице или в новой монографии автора.

На этом программа «Время культуры» подошла к концу. До встречи в выставочном зале!

Добавить комментарий:
Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательные

Имя:
E-mail:
Комментарий: