Время культуры
Время культуры

меню

Пианист Иван Соколов и клавиры Баха / 1

5300

Сегодня в нашей программе прозвучит концерт, который состоялся в Коломне при поддержке Музея Органической Культуры. Выдающийся пианист, композитор, преподаватель Московской консерватории и член Союза композиторов России Иван Соколов исполнил отдельные произведения из первого и второго тома «Хорошо темперированного клавира» Иоганна Себастьяна Баха.


RadioBlago: Иван Глебович Соколов окончил Московскую консерваторию по двум специальностям: как композитор по классу профессора Николая Сидельникова и как пианист по классу профессора Льва Наумова.

С 1979 года выступает с концертами в России, Европе и Америке. Участвовал в фестивалях «Московская осень», «Альтернатива», «Декабрьские вечера», а также в других музыкальных фестивалях в Швейцарии, Германии и США. С 1988 года преподает в Московской консерватории. В настоящее время ведет курс «Теория музыкального содержания».

В его исполнительском репертуаре – музыка барокко, классицизма и романтизма, XX и XXI веков. Многие современные композиторы доверяли Ивану Соколову премьерное исполнение своих произведений. Среди них Ираида Юсупова, #Альфред Шнитке, Александр Вустин, Николай КорнДорф, Николай Сидельников, Виктор Екимовский и другие.

Как отмечают критики, выступления Соколова всегда оставляют незабываемое впечатление, поражая глубиной и содержательностью интерпретации, концепционностью, философичностью, точным ощущением стиля композитора.

С 1987 года Иван Глебович Соколов является членом Союза композиторов России. Его композиторское дарование было не раз отмечено не только в России, но и за ее пределами. В его авторском багаже около 200 романсов, преимущественно на стихи русских поэтов, одна опера, два квартета, два музыкально-сценических произведения, музыка для хора, фортепиано, ансамбля ударных и другие произведения. Наряду с этим Иван Глебович занимается научной и исследовательской деятельностью.

Как рассказал Иван Соколов зрителям перед началом концерта, в Коломну его пригласил Анатолий Гринденко, большой друг Музея Органической Культуры. Анатолий Гринденко один из лучших в мире музыкантов, занимающихся аутентичной музыкой, бессменный руководитель хора «Древнерусский распев», который занимается восстановлением исторических корней уникальной русской певческой культуры. Анатолий Тихонович Гринденко выступил с короткой речью в начале концерта и представил собравшимся зрителям своего коллегу и друга Ивана Глебовича Соколова.


Анатолий Гринденко: Иван Глебович Соколов – один из последних композиторов, музыкантов, которые получили замечательное образование, имея прекрасного учителя, каким был композитор Николай Сидельников. Он был не просто преподаватель композиции, он учил жизни. Потому что в принципе, история музыки – это история борьбы за душу человека. Я не беру попсу, шлягер, которые просто в кабаках для увеселения, для времяпрепровождения. А если взять генеральную линию музыки, как и живописи, на самом деле, главная тема – это вопрос жизни и смерти. Есть смерть или нет? Если есть смерть, то тогда жизни нет. А если есть жизни, здесь смерти места нету. И любой музыкант – это, конечно, деятель в полном смысле этого слова. Он не просто функционер, играющий там на скрипочке или на рояле, он должен осознавать, с чем имеет дело, читать послание, которое оставляет нам Бах, Бетховен, Моцарт, Средневековье...


RadioBlago: Анатолий Гринденко рассказал, что совсем недавно они вместе с Иваном Соколовым выступали перед учениками родной музыкальной школы и рассказывали о средневековой культуре. В ходе беседы с подрастающими музыкантами мастера делились своими представлениями о том, что такое средневековое искусство. И итоги того важного разговора Анатолий Гринденко пересказал собравшимся на концерт слушателям.


Анатолий Гринденко: Первая мысль, которая мне все время приходит в голову, в обязательный предмет, по идее, что в консерватории, что в училище необходимо ввести композицию. Потому что одно дело – композитор смотрит на материал как композитор, а другое дело – исполнитель смотрит на материал как интерпретатор. Интерпретатор – это, в принципе, ни о чем не говорящая фраза. Но, к сожалению, если пользоваться только этой идеей, что ты интерпретатор, тогда места композитору нет. Поэтому мы часто и слышим: «Не Баха мы слышим – Бах-Ауэр, Бах-Ямпольский, Бах-Бузони». А самого Баха вы не увидите и не услышите. Если взять, скрипачи знают, наверное, издание партит Баха. Если взять подлинник, написанный рукой Баха, там поразительная вещь. Во-первых, графика – эта графика очень красивая. Там не просто бездушные палки, которые объединяют ноты, а там гибкие линии, которые дают направления движению. И вся вот эта страница баховских нот она живая, она дышит внутри. Например, мы видим в его нотах пауза восьмая. А перед паузой восьмой – восьмушка. Так вот от восьмушки над этой паузой мы видим лигу. Ни в каких изданиях, ни в каких редакциях такого не может быть, потому что это абсурдно. А зачем? Пауза же! Понимаете? А то, что он как раз дает знать, что это не пауза, это пауза – не остановка, а это – перелет. Внутренний перелет смысла дальше.

И вот быть композитором – это значит понимать, осознавать и быть исполнителем, а не интерпретатором воли композитора.


RadioBlago: В рамках своего выступления Иван Соколов много рассказал о музыке великого немецкого композитора Иоганна Себастьяна Баха. Пианист исполнил 8 прелюдий и фуг из «Хорошо темперированного клавира». Музыкант напомнил собравшимся, что речь идет о совершенно уникальных сочинениях в двух томах, в каждом из которых по 24 прелюдий и фуги. Если играть все произведения подряд понадобится более трех часов, поэтому для концерта в Коломне маэстро выбрал 8 наиболее важных и озаглавил свое выступление следующим образом «Хорошо темперированный клавир Баха как модель Вселенной».


Иван Соколов: Почему «модель Вселенной»? Бах написал первый том в 1722 году, когда ему было 37 лет. Через 22 года, когда ему было 59 лет, возник второй том. И в каждом из этих двух томов – 24 прелюдий и фуги. Во всех тональностях. Мы знаем, что тональность сформировалась незадолго до Баха, может быть, лет за 100. И не во всех тональностях было удобно писать. Инструменты были клавишные не так настроены. До мажор звучал прекрасно, а фа диез мажор очень фальшиво. И вот Бах еще и настроил, «темперированный» – это настроенный клавир. Бах, и настроил клавир, и первый в истории музыки написал пьесы во всех 24 тональностях. В некоторых из них до Баха не было ни одной пьесы, потому что они считались для музыки не пригодными.

Почему ему так понадобилось? Наверное, чтобы показать идею Бога. Вот это самое главное, Бог – всеобщий, Бог универсален. И вот как воплотить в музыке Богу, не сказав ни единого слова. Бах писал много кантат, как вы знаете, каждую неделю, он был евангелист, лютеранин по вероисповеданию, каждую неделю он писал новую кантату в храме и использовал для этого, естественно, хор. Но здесь ни одного слова. И вот здесь очень важно, что мы знаем его хоровую музыку, и когда он использует некоторые фразы в хоровых произведениях, то он их сопровождает некоторым текстом. И вот мы можем узнать, о чем музыка Баха без текста, сравнивая ее с текстовой музыкой. Я занимаюсь фортепианным исполнительством, композитор, пианист, но также где-то около 10 лет назад я стал преподавать предмет «Теория музыкального содержания» в консерватории. И очень меня этот вопрос заинтересовал. И именно в России, примерно в начале ХХ века баховедение занялось этой проблемой – связи музыки Баха с Евангелием. Какая прелюдия и фуга чему соответствует. Потому что естественно огромный процент музыки Баха вокальной и здесь не может не быть связи.

Вообще, творчество Баха стоит в центре музыкальной культуры, можно сказать. Это центр, который освещает все то, что было до и что было после. Но музыка, которая была до Баха непонятна нам. Она как бы за этим вот облачным слоем. Она уже ближе к Богу, ближе к небесам. Мы не видим ее. Это средневековая символика, мистика, которая от нас ушла. Бах очень большое значение придавал числам. И вот кое-что об этой символике, об этих числах, я буду сегодня говорить.


RadioBlago: Свое выступление Иван Соколов начал с первой прелюдии и фуги из первого тома – до мажор. По его словам, совершенно очевидно, что это сочинение посвящено Благовещению Пресвятой Девы Марии. Почему следует воспринимать этот отрывок именно так, музыкант объяснил собравшимся.


Иван Соколов: Бах, как вы, наверное, знаете, это ручей по-немецки. И Бетховен сказал: «Не ручей, но море должно быть ему имя». Такая знаменитая фраза. Но ведь ручей – это еще и ручей благодати, это не только вода. Хотя вода в Евангелие имеет огромное значение. И образ воды – вспомним Крещение Иисуса, вспомним Его хождение по водам, вспомним многие другие события, с Самарянкой чудо и так далее. И вот здесь Бах это ручей благодати. Первая прелюдия. Фуга – это то, что говорит Ангел Марии, явившись к ней. Мы все знаем, что он благую весть несет. И вот это сочетание атмосферы, в которой это происходит, овеянной Духом Святым, Божьим, и некой идеей, мыслью, сочетание между атмосферой и мыслью. Это сочетание между прелюдией и фугой. Что такое прелюдия и фуга? Почему двухчастная форма? Почему маленькая прелюдия и большая центральная основная фуга? Тут несколько решений этого вопроса – сцена и происходящее на этой сцене. Подготовка и совершение. Событие и комментарий к нему. Или, наоборот, комментарий к нему и само событие. А я хочу еще одну предложить версию сочетания прелюдии и фуги. Прелюдия – это наша жизнь. А фуга – это то, что будет после нее, фуга – это то, что мы в этой жизни пожали, мы будем собирать в фуге. И вот это основное. Наша жизнь – есть прелюдия к фуге. И вот обратите внимание, когда я буду сейчас играть первую Прелюдию и фугу – ангельские крылья. Дуновение. Фуга – голос Бога. Голос Ангела. 14 нот в теме, а в конце темы, в конце фуги Ангел улетает. И вот это улетание ангела мы слышим — тема сначала внизу, потом вверху, а потом еще быстрее. Она меньше, она выше. И послушаем эту музыку...

Хорошо темперированный клавир Баха, первый том, прелюдия и фуга номер 1 До мажор.

Почему я обратил внимание на 14 число звуков в теме? Числа у Баха очень важны. Это число Баха – BACH – четыре буквы его фамилии, кстати, складывающееся в музыкальную тему. Потому что немцы обозначали ноты буквами. И В – это была си бемоль, А – это ля, С – это до, а Н – это си. И вот такие четыре звука – BACH – обозначали как бы фамилию Баха. Это было известно, потому что в роду Баха было очень много музыкантов. Как вы знаете, у него было пять гениальных композиторов, и все его сыновья. И В – вторая буква алфавита, А – первая, Н – восьмая и С – третья. 2+1+8+3 – это и есть 14. А еще 7 умножить на 2. 7 – это божественное письмо, а 2 – это две природы Бога: человек и Бог, Бог и человек. Две природы Иисуса Христа, божественная и человеческая. И вот 7-я прелюдия и фуга. Как раз две природы Бога – Бог с небес нисходит на землю и воплощается в человеческом теле. Это из второго тома: ми бемоль мажорная прелюдия и фуга. Все мы знаем это евангельское событие, величайшее, может быть, во всей истории человечества. В этой тональности – ми-бемоль мажор – три бемоли. Это очень важно, потому что три – это Троица. А бемоль – знак, который понижает ноту на полтона, это нисхождение. И вот как раз, нисхождение Бога с небес на землю – три бимоля, 7-я прелюдия и фуга, эта вся символика чисел Бахом раскрывается. Музыка очень тихая, сумрачная и, может быть, самая простая вообще в «Хорошо темперированном клавире». Ее обычно дают ученикам, которые только начинают с этим великим сочинением знакомиться. Также просто было в яслях. Эту музыку часто считают написанной для лютни. Лютня это инструмент очень тихий, струнный, и на нем нельзя таких виртуозных высот достичь. Нет высоких регистров. Темно было, зима была, не было ярких высоких нот. И вместе с тем, сколько мистики, сколько величия, сколько потрясающих открытий, которые слышны в фуге. Фуга – это гимн. В фуге ангелы воспевают Бога. И вот эти ангелы, которые поют пастухам: «Слава в вышних Богу и на земле благоволение». Они поют на теме, которая для творчества Баха является основополагающей. Три звука – SDG, а почему, я скажу потом, когда сыграю эту прелюдию и фугу. Прелюдия и фуга из второго тома номер 7 ми бемоль мажор.

В этой прелюдии Бах даже выступает перед нами таким мягким юмористом. Мы знаем, что домашние животные были в том момент, когда родился Христос в яслях: волы, ослы. И вот Бах же музыкант. И он думает: «Они же, наверное, блеяли, мычали, приветствовали по-своему, как умели, рождение Христа». И он изображает эти звуки также точно, как их изображали современники Баха, композиторы Шутц, Шайт в своих рождественских ораториях. И вот это место (играет) – иа – блеет ослик. А вол мычит: муууу (играет). Нона и септима, диссонирующий интервал. Но это очень мягко и если не знать, то как бы и не заметно.


RadioBlago: Третьим сочинением для зрителей Коломны Иван Соколов выбрал Прелюдию и фугу номер 16 из первого тома Хорошо темперированного клавира. Как рассказал музыкант, это произведение должно напомнить нам о Бегстве Святого семейства в Египет, которое рассказано в Евангелии от Матфея.


Иван Соколов: Христос с родителями, вернее родители с младенцем, Богом-младенцем бегут в Египет. Прелюдия и фуга номер 16. Только родился этот маленький Божественный Человек. И уже его сопровождают такие большие проблемы. Соль минор. Прелюдия и фуга из первого тома. Пастораль. Бегство в Египет происходило на природе. И Бах, как все современные ему художники, изображает не Египет, конечно, в музыке, а свою немецкую пастораль. Птицы щебечут – начинается с трели. В верхнем регистре и грустная музыка, но светлая, потому что все равно они знают, что Бог с ними. Эту прелюдию соль минор потом использовал Чайковский в своей пьесе – Песнь Жаворонка. И мы чувствуем некое сходство. А в фуге мы предчувствуем крестные события. Тема Креста из пяти звуков и семь других звуков – это сопровождающая тема. А 5+7 = это 12. 12 апостолов. Прелюдия и фуга номер 16 из первого тома.

Прелюдия, в основном, гомофонная, то есть, мелодия и аккомпанемент, а фуга – полифоническая, то есть в фуге много, 3,4 или 5, равноправных голосов.

И вот это соединение – у Бога все равны, а в прелюдии один выделяется. И гомофония, в общем, возникла во времена Лютера, когда человек почувствовал, что он тоже кое-что по сравнению с Богом. Это было, конечно, в основном падение вниз. Но, с другой стороны, Бог приходил на землю в этих вот культурных событиях времен Возрождения и так далее. И вот соль-минорная, только что прозвучавшая прелюдия и фуга как раз постоянно содержит в себе эти три таинственные ноты. Что же это за ноты, которые Бах постоянно в каждом своем произведении, большом и малом использует. Бах после каждого своего сочинения благодарил Бога. Все композиторы говорят, что, когда они сочиняют музыку, они чувствуют, что она им диктуется откуда-то сверху. И это действительно так. А Бах понимал, Кто диктует ему. И он писал очень скромные молитвы. В своих нотах. И вот после первого тома Хорошо темперированного клавира он пишет три латинские буквы SDG. Это расшифровывается, как Soli Deo gloria. Единому Богу слава. Эти три буквы есть и после других произведений. Чайковский писал: «Слава Богу, закончил первую часть, Слава Богу закончил финал». Он, просто, то же самое по-русски писал и многие другие композиторы, в рукописях это видно. Но Бах не был бы Бахом, если бы он эти три молитвенных слова, сокращенные, SDG не перевел бы в музыку. Это же как ВАСН – четыре ноты, так и SDG – это тоже три звука. И вот эти звуки стали эмблемой творчества Баха, а потом, поскольку Бах повлиял на другую музыку после него, они перешли во всю мировую музыку. Почему мы вспоминаем про Баха, когда мы слышим начало До-диез-минорной прелюдии Рахманинова (играет), это они же. То же самое начало картинок с выставки Мусоргского (играет). Или На тройке (играет). Это маленький экскурс в то, как музыка Баха живет в каждом композиторе, гениальном и не очень, есть ростки Баха. Бахом пропитана вся музыка.


RadioBlago: На этом первая часть программы «Время культуры», посвященная концерту Ивана Соколова в Коломне, подошла к концу. До встречи в следующий раз!



Добавить комментарий:
Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательные

Имя:
E-mail:
Комментарий: