Время культуры
Время культуры

меню

Анонс

Памяти Елены Образцовой

4487

В нашей программе прозвучат фрагменты встречи с Еленой Образцовой, ее рассказ о себе и своей судьбе, напутствия молодым музыкантам и добрые пожелания всем слушателям. Тот сильный яркий свет, который исходил от нее, переливаясь на солнце и освещая сердца и души всех соприкоснувшихся, теперь будет жить в вечности, а значит наша не гаснущая звезда всегда останется с нами.

Елена Образцова родилась в Ленинграде накануне Второй мировой войны. В Блокаду была эвакуирована вместе с мамой и бабушкой в город Устюжну Вологодской области, где впервые и начала заниматься пением в хоре детского сада.


Елена Образцова: После того, как пережита Блокада, после того, как пережита нищета, голод, несчастья. Когда в самом детстве я увидала самое страшное, что может быть в жизни, вся жизнь моя после этого кажется сном. Как будто бы, мне моя жизнь приснилась. Когда меня журналисты спрашивают, думала ли я о карьере, мне так смешно всегда бывает, потому что, сидя в подвале и слушая бой зениток, конечно, я не думала, что я буду петь в Ла Скала, в Метрополитен, что я объезжу весь мир, что я стану знаменитой певицей. Поэтому я всегда воспринимаю жизнь как Божий дар, как Божий подарок.


RadioBlago: После окончания войны семья Образцовых вернулась обратно в город на Неве и маленькая Лена продолжила занятия в хоре местного Дворца пионеров. В 1954 году на отчетном концерте коллектива в зале Ленинградской капеллы состоялось первое сольное выступление Образцовой. Позже в Таганроге, куда перевели отца на несколько лет вместе с семьей, она посещала вокальные курсы в Музыкальной школе имени Чайковского и даже поступила сразу на второй курс Ростовского музыкально училища. Но отец, серьезный ученый, был против того, чтобы дочь «позорила семью», или иными словами - стала певицей.


Елена Образцова: После войны мы очень плохо жили. Папа пришел очень поздно с войны, потому что он что-то там делал в Европе. Мы жили с мамочкой. Потом начались мигрени жуткие какие-то, наверное, от голода. Но очень хотела всегда петь. И когда после войны мы смотрели фильмы, привозные, как «Большой вальс». И когда пела эта потрясающая певица Милица Корьюс. И когда я видела Иоганна Штрауса, как они ехали по лесу и она пела «Птицы», вальсы Штрауса. И я подумала: вот, как бы я хотела жить, как бы я хотела быть такой певицей, иметь такую же судьбу. А потом я закончила школу и папа сказал (папа у меня был инженер-конструктор тяжелого машиностроения), он сказал: «Никаких певиц, никакого пения. Из тебя даже дворника хорошего не получится». Я говорю: «Почему это, интересно?». «Потому что ты плохо учишься и потому что ты не умеешь работать». Я так затаила горе в душе и подумала «я все-таки когда-нибудь тебе напомню про твои слова». И он заставил меня поступать в радиотехнический институт. Я не сдала вступительные экзамены. Но поступила на подготовительные курсы и целый год там занималась. Конечно, я ничего не понимала в этих электролампах. И какое счастье, что я не поступила, потому что я хочу как раз сказать детям, которые поступают и не поступают в вузы. Может, это ваша судьба, что вы не поступили и очень замечательно, что вы не сдали экзамены. Потому что, вот если бы я поступила — и что? Крутила бы лампочки и ничего бы не умела. Папа сказал: «Вот будешь петь перед киносеансами — опозоришь нашу семью». А потом, когда мы уже жили в Ростове, папу отправил туда Никита Сергеевич Хрущев, создавать совнархозы. И когда я закончила школу, папа сказал, когда я поступила уже на эти подготовительные курсы. Отец сказал: «Или я тебе подарю на день рождения золотые часы, или, если хочешь, пожалуйста, поезжай в Ленинград. Я сказала: «Конечно, я поеду в Ленинград, зачем мне золотые часы?».


RadioBlago: В 1958 году Елена Образцова поступила на подготовительное отделение Ленинградской государственной консерватории имени Римского-Корсакова. Как выяснилось позже, практически без экзаменов.


Елена Образцова: И я поехала. Я поехала и пошла в консерваторию. Это был август месяц. А как раз был недобор на вокальное отделение. И я решила поступать в консерваторию. Когда я спела первую арию (по-моему, это песня Леля была из Снегурочки), и сказали: «Спасибо», и тогда я спросила: «А можно я еще спою романс?» Сказали: «Ну, спойте». И я спела романс. И вижу, что никакого такого сильно впечатления я не произвела. Тогда я сказала: «А можно я еще спою русскую песню?» Тогда я уже вижу, что все уже заулыбались (так мне напомнило, знаете, эту Фросю из кинофильма). И когда уже жюри все веселилось, я сказала: «А послушайте еще диапазон голоса». Ну, тут уже все хохотали и сказали: «Идите, ради Бога, девочка, больше не надо». И до вечера мы все страдали. Нас было сто человек, всех прослушали. И вечером сказали, что взяли вот меня и Виктора Тихомирова, который был потом тоже солистом Мариинского театра в Ленинграде. Я ехала в трамвае и улыбалась так, что, наверное, думали, вот это наверное дурочка едет в трамвае. Потому что счастье из меня просто перло. Отец со мной не разговаривал целый год - так был обижен. А мама сказала: «Знаешь что - надо попробовать, не боги горшки обжигают». Но, когда я сдала этот экзамен по пению, то мне сказали: «А остальные экзамены будешь сдавать на следующей неделе». Я говорю: «А какие остальные?» «Ну как какие? Там литературу, историю, сочинение». Я говорю: «Да, что вы! Я и не готовилась, я думала, в консерватории только поют». Сказали: «Ну ладно, Вы нам очень понравились. Вам надо учиться петь. Вы, говорит, сдадите в первую сессию». А потом все забыли, и я так и без экзаменов поступила в консерваторию. Это была моя первая удача.


RadioBlago: В консерватории Елена Образцова сразу поняла, что для того, чтобы петь, нужно много знать. Уже позднее в одном из интервью она скажет: «Певец должен понимать, зачем он выходит на сцену. Очень часто голос есть, а ума нет, или сердца нет, или желания учиться нет, тогда такой певец не интересен публике».


Елена Образцова: Потом, когда я училась в консерватории, у меня было только одно платье: такое - юбочка и кофточка из черного муара. И все меня звали монашкой. Еще был черный шарф. Я никуда не ходила, ни на какие танцы, вечеринки. И только училась. Я очень много училась. Я была так влюблена в музу, что даже не рассказать! И мне было все не интересно остальное. И я ходила, стала ходить очень много в музеи и очень любила живопись, с самого детства любила живопись. И потом очень много читала. Я поняла, что для пения нужно очень много знать, нужно много видеть. И вот, слава Богу, я это поняла еще в консерватории, но зато я пропустила всякие танцульки, и это было не очень хорошо. Потому что, конечно, для того, чтобы быть художником, надо жить. Надо жить, надо много пережить, надо много видеть, и страдать, и радоваться, и влюбляться, и разочаровываться. Иногда говорю: «Меня столько много, что я просто вынуждена отдавать людям, потому что меня очень много, там, внутри».


RadioBlago: Педагог, у которого занималась Елена Образцова в консерватории, Антонина Григорьева стала для юной певицы и строгим воспитателем, и заботливой матерью, и самым близким другом.


Елена Образцова: И вот, когда я была на третьем курсе консерватории, я сказала своему педагогу, Антонине Григорьевой, которую я очень любила, она была всем для меня. Всем, не только педагогом, но и очень большим другом. И она ухаживала за мной, всегда смотрела длинные ли у меня штанишки, чтобы я не простудилась зимой. Говорила: «Ну-ка, подними юбку». А если я была в трусиках, она говорила: «Иди домой, простудишься». И не занималась со мной. А у меня не было денег, чтобы купить длинные трусики. И я очень переживала, вот такая была дилемма: или заниматься, или... ну, в общем, ужасно. И голодали мы все. Потом, в конце, когда стипендия уже заканчивалась, мы скидывались по копеечкам и шли - покупали картошки, варили с маслом, и покупали маленькую такую бутылочку водки, в конце, перед получением стипендии. Я хочу сказать, что на третьем курсе, когда я уже начала что-то понимать в пении, случился тоже интересный момент. Я очень долго не могла уже петь так, как я пела до консерватории, а так, как меня учит мой педагог, я тоже никак не понимала, что он от меня хочет. И у меня был момент такой растерянности какой-то, хотя мой педагог всегда говорила: «У меня никогда не было такой талантливой девочки и такой тупицы». Не понимала, как, как это все происходит, это пение. И в один день (я даже помню, что все это было в 10-м классе на втором этаже в консерватории) я помню, мы занимались в классе. И вдруг я начала петь и не услышала своего голоса. Я сказала: «Что такое, почему я не слышу своего голоса?» Педагог сказала: «Ну наконец-то, он из тебя вышел и улетел в зал». Это был тоже такой момент счастья немыслимого, который запомнился на всю жизнь.


RadioBlago: В 1962 году в Хельсинки Елена Образцова получила свою первую награду - золотую медаль и звание лауреата на Всемирном фестивале молодежи и студентов. В том же году молодая певица победила и на Втором Всесоюзном конкурсе вокалистов имени Глинки. На заключительном концерте конкурса присутствовали солист Большого театра Павел Лисициан и заведующий оперной труппой Тихон Черняков, которые пригласили Образцову на прослушивание в Большой театр.


Елена Образцова: Потом я сказала, в конце третьего курса, когда я начала уже прилично петь, я сказала: «Поеду на Восьмой всемирный фестиваль молодежи и студентов, там есть конкурс вокалистов в Хельсинки. Я поеду». Она сказала: «Ну какая же Вы все-таки бесстыжая, Лена». (Педагог). Она ужасно не хотела, но я поехала и взяла там золотую медаль и первую премию. И после этого я сказала, что поеду на конкурс Глинки в Москву. Она сказала, что даже слышать не хочет. Но я выучила еще какие-то произведения Глинки вместе с ней. Она сказала, что «Вы меня опозорите, Лена. Не поезжайте, не надо». А я тоже получила первую премию и самое смешное, что я получила через какое-то время телеграмму из Большого театра, где было написано: Приезжайте на дебют в Марине Мнишек в Борисе Годунове. Ну, я решила, что кто-то шутит. И не поехала, даже не обратила внимания на эту телеграмму, подумала - «Ну надо же какие злые люди на свете есть!». А потом через какое-то время опять пришла такая телеграмма. И подписана - Павел Герасимович Лисициан. Ну, тут я поняла уже, что это, наверное, что-то очень серьезное. И мы выучили очень быстро Марину Мнишек, и я поехала.


RadioBlago: Так Елена Образцова, еще будучи студенткой консерватории, дебютировала на сцене Большого театра в партии Марины Мнишек в опере «Борис Годунов» Мусоргского. Легендарное выступление состоялось 17 декабря 1963 года. Совсем недавно, в 2013-м Образцова отметила 50-летие творческой деятельности на сцене Большого театра...


Елена Образцова: Я поехала и дебютировала в Большом театре. И самое ужасное было то, что у меня не было ни одной оркестровой репетиции. И когда я вышла в зал, я подумала, что сейчас я выйду, а там оркестр, я все услышу, не надо волноваться. И когда я вышла, вдруг я услышала, отдельные звуки, какие-то инструменты. Потому что из оркестра весь звук идет в зал, а на сцене мы слышим чуть-чуть оркестр. Когда у меня спрашивают: «А что вы ощущали на своем дебюте?». Я говорю: «Ничего не ощущала, кроме страха». Галина Павловна Вишневская, которая тогда очень много занималась со мной, говорила: «Лена, вы ходили все время вперед животом, изображая какую-то гордую полячку». Мне было очень сложно на сцене, потому что, во-первых, мешал какой-то громадный шлейф, который шел за моим платьем, трехметровый шлейф. Потом, у меня была корона, громадный воротник, потом мне дали в руки веер. Потом, я не слышала оркестр и вообще была в беспамятстве. И когда я стояла за сценой, я сказала: «Ничего не случится с Борисом Годуновым, если сцена у фонтана не пойдет. Не выйду и все. Не могу выходить, так боюсь». Но в это время вышли таких два польских пана и вывели меня нас цену. Вот так прошел мой дебют, совершенно в беспамятстве.


RadioBlago: После успешного дебюта молодую певицу пригласили в штат солистов Большого театра, минуя обязательную стажёрскую группу. И в первый же год работы Елена Образцова исполнила 8 партий на сцене Большого, в том числе сложнейшую роль Амнерис в «Аиде» Джузеппе Верди.


Елена Образцова: Мне предложили остаться в Большом театре. Когда меня вызвал Чулаки, Михаил Иванович был тогда, дивный директор Большого театра, которого все обожали. Это был высочайшей культуры человек, изумительно талантливый организатор. Мы очень его любили, и тогда театр Большой, был действительно Большой театр. Были величайшие звезды, тогда работали. И когда он меня вызвал, перед тем, как нам войти в дирекцию. Галина Павловна сказала мне: «Лена, когда будут спрашивать, какие партии у тебя есть, говори, что все ты поешь, все-все, абсолютно все. От начала и до конца все говори — да». И я вошла. Он мне говорит: «И что вы поете?» - «Царскую невесту», «Хованщину», «Кармен», «Марфу». Он говорит: «Так быстро выучили?» Я говорю: «Да». Вот так вот случилось в моей жизни. И они меня взяли в Большой театр, взяли сразу без стажерской группы, в трупу Большого театра.


RadioBlago: За свою жизнь Елена Образцова исполнила более 40 партий в операх русского и зарубежного классического репертуара, а также в операх композиторов 20-го века. Но одна из них словно была создана столетие назад специально для меццо-сопрано Образцовой — это роль «Кармен» в опере Жоржа Бизе. В 1975 году в Испании ее исполнение Кармен было признано лучшим в мире.


Елена Образцова: Потом началась жуткая жизнь в Большом театре, потому что мне нужно было очень-очень много учить. Я наговорила Чулаки, что я все знаю. На самом деле, я, конечно, ни одной оперной партии не знала. И начиналась очень и очень сложная жизнь. И я спела безумное количество партий. Когда я готовила Кармен, мне очень хотелось спеть быстро, сразу, как я пришла, сразу спеть Кармен. И я репетировала с Соломоном Бригером. Это был просто вулкан. Это был у нас пианист, который готовил с нами партии. Потом начались гастроли на Запад. Мы очень много тогда гастролировали, Большой театр. И вот такой тоже случай. Спасибо Ирине Константиновне Архиповой, которая сыграла огромную роль в моем становлении как международной певицы, международного класса. Мы поехали тогда в Францию, в Париж, и Архипова должна была петь Марину Мнишек в Борисе Годунове. Это было открытие гастролей, очень важный момент. Я была как запасной игрок. И вдруг нам сказали накануне, что Архипова задерживается где-то, на каком-то конкурсе, что ее не отпускают, она не может приехать. У меня так сердце замерло, думаю: неужели я, неужели это мой час, и этот час пробил. Я вышла на сцену и спела тогда блистательно Марину Мнишек. И я помню, вышли тогда газеты с громадными такими портретами моими. Я имела потрясающий успех. И самое главное, что случилось в тот вечер — не успех у публики, не успех в газетах. А то, что ко мне подошел Соломон Юрок. Это был один из самых больших менеджеров в мире тогда. И он сказала: «Я хочу с тобой работать, я сделаю из тебя большую певицу, я возьму тебя к себе, если ты, конечно, не возражаешь». Но об этом мечтали не только такие девочки, как я, а мечтали большие певцы и певицы. И я, конечно, дала согласие.


RadioBlago: Елена Образцова выступала в ведущих оперных театрах мира — Марсельской опере, Барселонском театре Лисео, Венской государственной опере, Опере Сан-Франциско, Миланском театре Ла Скала, Метрополитен-опера, Вашингтонской национальной опере, Лондонском театре Ковент Гарден, театре Колон в Буэнос-Айресе. Всемирно известная певица выступала на многих престижнейших музыкальных фестивалях, среди которых Зальцбургский фестиваль и Международный фестиваль в Оранже.


Елена Образцова: Вот тогда началась моя большая жизнь в искусстве. Я сразу получила большие ангажементы, я спела мой дебют в Сан-Франциской опере, это был Трубадур. Пела Жанс Азерлен, пел Паваротти. Это были незабываемые совершенно вечера в Сан-Франциской опере. И был гала-концерт, тоже очень важный, на котором я пела Далилу. А за дирижерским пультом впервые стоял Пласидо Доминго. И когда я пела, он мне подпевал из-за дирижерского пульта. Публика была в счастье! Потом в этом же году я дебютировала в метрополитен-опера, я спела Амнерис в «Аиде». Это тоже было незабываемо совершенно. Потому что после сцены судилища овации были около 20 минут, меня вызывали на сцену. Потом на следующий день написали, что Образцова сожгла Метрополитен-Опера, это атомная бомба Большого театра. А потом начались удивительные встречи со всеми певцами. И незабываемая, конечно, была встреча 200-летия Ла Скала. Был двухсотлетний юбилей, это, наверное, самый пик моей карьеры. Меня пригласили спеть реквием Верди в церковь Сан-Марко, там, где впервые он исполнялся. И пели величайшие певцы, это были Френи, Гяуров, Паваротти, я и дирижировал Аббадо и хор оркестра Ла Скала. Церковь не могла вместить людей, трансляция была на всю площадь, там тоже не могли вместить всех желающих. И была какая-то заминка, мы почему-то все не начинали. Было очень много людей, безумно жарко в церкви. И потом сказали, что какой-то мужчина при входе купил билет, вошел в зал, сказал: «Какое счастье» и умер. Представляете, перед самым реквием? И очень долго его выносили, вызывали скорую помощь, что-то там над ним делали, чтобы его вернуть к жизни, но ничего не получилось. И получилось, что мы этому мужчине пели Реквием Верди.


RadioBlago: После, Образцова предложила Клаудио Аббадо, который дирижировал тем концертом, сделать запись «Реквиема» Верди. Однако в планы музыкантов невольно или намеренно вмешался аппарат советского правительства. И мечтам о совместной записи не суждено было сбыться. Но, как часто повторяла сама певица при жизни: «Все, что ни делается, все к лучшему!».


Елена Образцова: После этого Реквиема я стала приставать к Аббадо: «Клаудио, давай запишем этот реквием, посмотри, какая радость будет и людям всем». И мы должны были все вместе писать этот реквием с Аббадо. Я была счастлива, мне купили билет здесь в Советском союзе, и я поехала в Ла Скала. День меня никто не зовет, второй день. Думаю: «Что-то такое странное». Я пошла в театр и смотрю - мою партию поет Ширли Герет. И я смотрю и говорю: «Как же понять, что случилось?» Потому что я была инициатором этой записи. Мне сказали: «Вы знаете, у нас вот в контракте написано, что если мы от Советского союза не получим подтверждения, что они согласны, что вы пишете, что вы делаете запись, мы не имеем права начать запись». А так как мы не имеем права ждать, у нас вся техника готова, мы должны закончить все это в два дня. Поэтому стали писать Ширли Герет. Вот тогда у меня случилась первая настоящая истерика в моей жизни. Я так кричала и так плакала. Я сказала, что я больше не вернусь в эту страну. Это какие-то бандиты, они не понимают, что такое настоящее искусство. И рядом, слава Богу, был Женя Нестеренко. Наш замечательный певец, которого я тоже очень люблю. И мы всю жизнь дружили. И он мне тогда как даст оплеуху, это была тоже единственная оплеуха в моей жизни, которую я пережила с благодарностью. Он сказал: «Ты помолчи, вдруг здесь кто-нибудь, вдруг кто услышит. Будешь не выездной! Замолчи сейчас же». И вот этот вулкан жил во мне несколько дней. И через несколько дней был гала-концерт в пользу Дома Верди. Когда Верди умер, он оставил свои деньги старым актерам, старым певцам, старым музыкантам, которые будут жить в этом доме, который он тоже для них оставил. А я там пела сцену судилища с Пласидо Доминго. И у меня еще весь этот вулкан был во мне. И когда я проклинала жрецов в конце, я проклинала всех вот этих деятелей, которые испортили мне запись Верди. Я так проклинала этих жрецов, что когда я закончила, была тишина в зале. Я подумала: «Ну все, я, наверное, плохо спела и что-то случилось». И вдруг весь театр встал, и меня приветствовали стоя. Боже, как я была благодарна тогда тому чиновнику, который не послал телеграмму. Что всё опять же «всё, что ни делается, всё к лучшему». Но, от такого взрыва эмоций у меня никогда ни до, ни после не было. Так хотелось вырваться из этих цепей, нам не хотелось быть крепостными тогда, мы хотели быть свободными. И это первый раз, когда я почувствовала желание свободы, которое пригодилось мне в Кармен.


RadioBlago: Елена Образцова работала с величайшими музыкантами современности: Лучано Паваротти, Пласидо Доминго, Хосе Каррерасом, Монсеррат Кабалье, Гербертом фон Караяном, Риккардо Мути, Франко Дзеффирелли, Джорджо Стреллером. Многие со временем становились ее друзьями и даже давали певице шуточные прозвища. Например, Дзеффирелли как-то раз назвал ее «непревзойденной сумасшедшей».


Елена Образцова: Это правда. Как я вам говорила, меня так много, что меня раздирают всякие страсти. Не только на сцене, но и в жизни. И вот ни с того, ни с сего я попала в театр Романа Виктюка. У меня что-то настроение было такое хулиганское. Я говорю: «Ну вот, взял бы и предложил мне какую-нибудь роль, я бы тоже что-нибудь сыграла». А через месяц пришел вот с этой ролью. И говорит: «Ну, что? Будем репетировать?» Я говорю: «Когда начинаем?» Он говорит: «Завтра». И вот на следующий день мы начали репетировать. Потом я пела Курта Вайля. Вдруг ни с того, ни с сего мне понравились зонги, такие немецкие зонги Курта Вайля и очень хорошо получилось это. Потом получилось еще интересно. Курт Вайл заставил меня обратиться к джазу и я вот совсем недавно спела джаз и, по-моему, получилось, я хочу продолжить эти изыскания. Потом меня вдруг кинуло писать стихи, никогда в жизни не писала стихи. С чего вдруг, не знаю. Ну, вот так вот, наверное, поэтому говорят, что я сумасшедшая.


RadioBlago: В 1986 году Образцова дебютировала в качестве оперного режиссера, поставив в Большом театре оперу Массне «Вертер», где с успехом исполнила главную партию. С 1996 года в Санкт-Петербурге действует созданный Образцовой Культурный центр. С 1999-го регулярно проводится Международный конкурс молодых оперных певцов Елены Образцовой. В декабре 2011 года певицей был учрежден Благотворительный фонд поддержки музыкального искусства. Фонд Елены Образцовой занимается образовательными проектами, поиском и продвижением талантливой молодежи, помощью ветеранам оперной сцены.

Елена Образцова была известна и как педагог. Она преподавала в Московской государственной консерватории имени Чайковского более 20 лет с 1973-го года, и с 1984-го в статусе профессора. Также она вела мастер-классы в Европе, Японии, в Академии молодых оперных певцов при Мариинском театре в Санкт-Петербурге.

Однако, когда родная дочь Елена Макарова заявила, что тоже собирается стать певицей Образцова не только не стала заниматься с ней вокалом, но и всячески отговаривала будущую артистку от выбранного пути. Как когда-то сделал и ее отец.


Елена Образцова: Да, вы знаете, дочь у меня очень похожа на меня, потому что она очень хотела петь с самого младенчества, а я ей говорила, что это такая трудная работа, что не надо тебе этим заниматься. Она стала учиться в университете. Она закончила. Нет, она не закончила, она такая же сумасшедшая, как я. Она не закончила один курс, даже меньше, чем один курс, МГУ, журналистику. Вдруг, когда надо было сдавать экзамены, она сказала: «Это не мое». И ушла. У меня был припадок просто. Потом она пошла и стала заниматься медициной. Закончила какие-то двухгодичные курсы медсестер. Пошла в больницу, ухаживала за больными, было просто счастье. Потом она поступила в Гнесинский институт, сказала, буду петь И стала петь. Потом она оттуда ушла еще куда-то, в общем, она ходила-бродила. А потом вдруг ни с того, ни с сего сказала: я уезжаю жить в Испанию. Вы можете себе представить, что со мной было - меня пригласила Монсеррат Кабалье, она будет со мной заниматься. Ну, я тут же позвонила Монсеррат, говорю – «Это правда?» Она говорит: «Да, я ее послушала, у нее очень хороший голос, изумительной красоты голос, я попробую с ней заниматься». Я говорю: «А что ж ты со своей дочкой не занималась?» А она говорит: «А что ж ты со своей не занималась?» Вот так уехала, занималась с дочкой. И сейчас она певица, правда, получилась очень хорошая певица, она изумительно поет музыку барокко, изумительно поет, это правда. При всем моем нежелании, чтобы она стала певицей, надо отдать ей должное, что она стала хорошей певицей. И поет в опере, поет небольшие партии. Я ей говорю: ну зачем, же, Лена, тебе петь небольшие партии, когда ты можешь сделать громадную карьеру в камерной музыке. Она говорит: я камерную музыку тоже пою, а в театр я выхожу и я счастлива, не всем же быть, как ты! Вот и все.


RadioBlago: На всем жизненном пути великую певицу сопровождал маленький талисман — плюшевый пес, который купила мама Елены Образцовой еще до ее рождения. После того, как верный игрушечный друг мужественно прошел с девочкой всю войну, она оставила его себе навсегда.


Елена Образцова: Да, есть это такой Бобка у меня. Вы знаете, когда я еще сидела в животике у мамочки, мамочка купила маленькую собачку крошечную, плюшевую. И это была моя первая игрушка, и она была моей единственной игрушкой в течение всей войны. И у нее уже были пришиты уши, из гимнастерки сделанные, и пуговицы были такие, черные, вместо глаз, она была набита опилками и уже повылезали какие-то железки из нее. И вот я всю жизнь ее штопаю, всю жизнь привожу ее в порядок. И всегда на все концерты, особенно если что-то сложное, я всегда ее беру с собой как талисман удачи. Потому что мне кажется, что не было бы Бобки, я бы не пережила войну. Это правда.


RadioBlago: Творчество и просветительская деятельность Елены Образцовой были отмечены многими наградами. В 1976 году ей было присвоено звание народной артистки СССР. Певица была удостоена Государственной премии РСФСР имени М.И. Глинки, Ленинской премии, итальянского приза «Золотой Верди», награды города Сан-Франциско «За выдающиеся заслуги перед обществом» и многих других.

Русская Православная Церквь вручила Елене Образцовой орден «За преумножение добра на земле»...


Елена Образцова: Я хочу сказать вам одну вещь. Самую главную, я думаю. Никогда не забывайте о любви. Никогда не разрешайте себе дня прожить без любви. Еще раз повторяю — любовь движет нами. Любовь к человеку, к другу, к мужчине, к зверюшкам, к природе. И самая великая любовь, которая осеняет нас всех — это Господнее благословение, это Божья любовь. Любите Его, как Он любит нас.



Добавить комментарий:
Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательные

Имя:
E-mail:
Комментарий: